Интервью

Хаджимурат Гацалов: Твори добро!

Северная Осетия всегда была многоконфессиональной республикой. На религиозную тематику корреспондент газеты «Владикавказ» пообщалась с муфтием Северной Осетии Хаджимуратом Гацаловым.

– Хаджимурат, скажите, пожалуйста, какова специфика работы Духовного управления мусульман РСО-А? Ведь в отличие от остальных национальных республик Северного Кавказа Северную Осетию нельзя назвать мусульманской республикой.

– Специфика та же, потому что дух религиозной идеологии один и тот же. Но особенности, конечно, есть, потому что, когда республика в своем большинстве моноконфессиональна, все общество пропитано этой религией. Люди впитывают религиозные устои и традиции с детства, как говорят, с молоком матери и поэтому лучше понимают друг друга в каких-то вопросах. В соседних республиках передача религиозной идеологии не прерывалась никогда, она уходила в национальную традицию и атрибутику. У нас это почему-то размылось. Мы потеряли суть Бога в нашем общественном сознании. Для общества неважно, какую религию человек исповедует, если она несет благо. И дело даже не в многонациональности или в многоконфессиональности. Смысл любой религии – это милосердие. Мы забыли, что личная нравственность человека исходит из уровня его духовности. Источником последней является вера. Она – движитель добрых дел и начало человеческого взаимоуважения.

– Сейчас по пятницам около мечети можно заметить гораздо больше людей, чем несколько лет назад. С чем это связано?

– Вера – это состояние души. Подобно тому, как наше тело не может без еды, наша душа не может без веры. Не веруя, она всегда в беспокойстве. Для благополучного и самодостаточного бытия человеку нужна вера. Когда она отсутствует, его душа заполняется чем-то другим, ненужным, бесполезным и зачастую грешным. За 70–80 лет безбожия мы забыли об этом, но сейчас люди возвращаются к духовным истокам. Это естественный процесс, и он не должен вызывать удивление. Человек – существо разумное, мыслящее. И чем больше он размышляет, тем понятнее становится, что свет духовности только исходит от Создателя всего сущего.

– Много ли людей из Осетии уезжает на учебу в исламские университеты и многие ли из них становятся имамами?

– Очень мало. Не надо бояться образованных, просвещенных людей. Человек просвещенный никогда не становится источником зла. На сегодняшний день в университете в Саудовской Аравии обучаются два человека. В Египте – арабскому языку и основам религии – три. За последние годы семь человек закончили университет и около пятнадцати обучались арабскому языку. Более пятнадцати человек у нас сейчас учатся в Исламском университете в Нальчике по предложению ДУМ. Отдел образования Духовного управления отправляет молодежь для обучения в российские исламские вузы. В отношении тех, кто стремится получить религиозное образование за рубежом, вначале предполагается получение светского образования и начального религиозного в России. То есть молодой человек, желающий продолжить образование за рубежом, должен ехать туда с уже устоявшимся мировоззрением и религиозной идеологией.

– Как относятся родители к выбору своих детей принять ислам?

– Если они верующие, то это радость и успокоение для родителя. Беспокоятся люди неверующие или далекие от религии. Беспокойство их понятно и даже желательно. Родитель должен знать, чем занимается его сын или дочь. Это его обязанность и уровень ответственности. Мы приветствуем таких родителей и предлагаем вместе заниматься воспитанием и обучением молодежи. Бывает, что приходят родители и делятся своими переживаниями. Сын стал вести себя как-то не так, изменился. В этой ситуации присутствуют два момента. Во-первых, опасение религии. Очень много в последнее время слышится негатива, связанного с ней. Во-вторых – не будучи религиозным, он не понимает поведение верующего сына. Эта тревога быстро проходит. Сказывается и улучшение нрава сына, и наше участие и контроль.

Но бывает и по-другому. Родители жалуются на поведение детей. Сын стал грубым, агрессивным и не признает авторитета родителей. В этом случае сказывается уровень воспитания этого молодого человека. В этом случае его наставляют имамы и старшие общин, обучают религии, ее принципам и этикету. Объясняют, что его поведение вызывает недоверие к религиозному обществу. Наблюдая его агрессию или грубость, обыватели связывают это с религией, с его пребыванием в мечети. А проблема в конкретном человеке. В его нежелании обуздать свой нрав, нежелании обучаться.

Совместными усилиями воздействуем на молодых людей, и, прямо скажем, видим результаты этого труда. Жаль, что приходит и интересуется малая часть родителей. Если бы они занимались своими отпрысками должным образом, не забывая об ответственности и не перекладывая вины на других, многое бы изменилось.

Мне кажется, не только число радикальной молодежи уменьшилось бы, но проблемы пьющих, наркоманов и людей с пониженной социальной ответственностью сошли бы на нет.

– Сектантство– проблема не только ислама, но и христианства и других религий. Как в Осетии борются с радикальными течениями?

– С ними бороться можно вечно. Необходимо воспитывать людей, обучать и просвещать их. Исключить любую возможность проникновения радикальных идей и работать над воспитанием молодого поколения. Вот на этом строится наша работа. Мы обучаем, призываем и показываем, почему нельзя этого делать. Человека трудно заставить, его нужно убедить. Сделать это возможно на основе мощного религиозного материала.

– То есть бывают люди, которые обнаруживают свои взгляды и убеждения тогда, когда еще можно помочь?

– Конечно. Особенно молодые ребята, начинающие в религии, не знающие и не имеющие религиозных знаний. Одни из них ищут религиозных знаний и приходят к имамам, к знающим. Их вероубеждение складывается последовательно под руководством учителей, имамов, на основе серьезного богословского мировоззрения. Но есть и те, которые следуют призывам, доносящимся из соцсетей, других средств массовой информации. Многие спрашивают: «А как они находят, как попадают в эту «сеть»?» Так они ищут специально. Ищут то, что отвечает их страстям, оправдывает их намерения, а затем действия.

– Мне кажется, что тех, которые задают вопросы, а не утверждают, как раз можно переубедить.

– В этом и заключается просвещение. Садимся и начинаем разговаривать. Это путь очень долгий. Мы подводим их к простой мысли: почему ты слушаешь в интернете человека, тебе незнакомого, а своего имама, имеющего высшее богословское образование и хорошо знакомого, не слышишь. Который своим образом жизни, отношением к вере вызывает доверие.

Кто вообще такие радикалы? Исламского радикализма быть не может, потому что ислам – религия, призывающая к милосердию, добру. В исламе ценность человеческой жизни имеет абсолютный приоритет над всем остальным. Его принципы запрещают притеснение и унижение человека. Любая форма радикализма основана на двух вещах: на невежестве и плохом нраве. Что такое плохой нрав? Страсть, подавляющая разум. Желание довлеть, властвовать над другим человеком, навязывать свою волю, свои понятия. Радикалы от религии трактуют священные тексты, как им нравится, оправдывая свои пристрастия и действия. Сторонники радикальных идей в основном похожи друг на друга в том, что они невежественны и у них нет желания приобретать знания. Суть и проблема радикализма в том, что человек видит только то, что хочет видеть, и слышит только то, что хочет услышать. И у нас такие были. Дискутировали с одним молодым человеком за вот этим же самым столом. Всем составом Религиозного совета предостерегали его от религиозных заблуждений, но он нас не слышал. Парень сейчас сидит в тюрьме. Логическое развитие его искаженных понятий. Он поступал в соответствии со своими убеждениями, преступив закон религиозный, а затем совершил и уголовное преступление. Он прямо сказал, что не хочет нас слушать. А будет слушать проповедника, известного в интернете: «То, что он говорит, мне нравится». Другими словами, это не случайность. Они ищут эти призывы и находят в них оправдание своим действиям.

Вы спрашиваете, есть ли борьба с радикализмом. Ее нет. Если человек переступил закон, то это вопрос правоохранительной системы. Наша задача – ежедневная профилактика. В первую очередь она заключается в воспитании, во вторую – в знании.

Елизавета ЧУХАРОВА


Похожие записи:

Интервью

«Булат»-2018

27 лет назад, 20 октября 1991 года, в Северной Осетии в системе УИС был создан отряд специального назначения «Булат», позднее преобразованный в отдел.

Интервью

Диалог с властью

Откровенный разговор с Черменом Мамиевым.

Интервью

Просто актер

Никиту Верзилина я знаю с детства. Небольшого роста, коренастый, светловолосый, он учился вместе с моей дочерью в экспериментальной группе Детской музыкальной школы

Интервью

Иран все ближе

История иранского мира имеет прямое отношение к нам, осетинам. О том, что нас связывает, я беседую с доктором антропологии из Тегерана Мортеза Резванфаром.

Интервью

Весенний призыв – 2018

С 1 апреля по 15 июля проходит призыв граждан на военную службу. Об особенностях нынешнего призыва корреспондент газеты «Владикавказ»

Интервью

Правду и только правду

Будущие журналисты выбирают честность.

Все новости из категории: