Город

В 34-м микрорайоне Владикавказа появится новая зона отдыха

В рамках партийного проекта «Единой России» «Городская среда» на пр. Доватора полным ходом идет благоустройство аллеи протяженностью 150 метров. Территория, долгое время находившаяся в запущенном состоянии, преображается на глазах: уже положен асфальт, установлены фонари, в ближайшие дни появятся удобные лавочки и мусорные урны.

– Данная аллея – это социально важный объект для района, – подчеркнул секретарь Северо-Осетинского регионального отделения партии «Единая Россия» Тимур Ортабаев, лично контролирующий ход работ. – Здесь практически нет мест отдыха, парков или скверов. Поэтому жители окрестных дворов не имеют возможности отдохнуть рядом с домом, детям негде кататься на велосипедах и роликах, нет даже возможности для прогулок с детской коляской. Во время предвыборной кампании, когда кандидаты в депутаты от партии «Единая Россия» встречались с избирателями, постоянно звучали просьбы обустроить в районе место для отдыха. Тогда мы пообещали жителям сделать это, и несколько дней назад совместно с Администрацией местного самоуправления г. Владикавказа взялись за работу. В ближайшее время здесь появится комфортная, благоустроенная зона, где можно будет проводить свободное время.

В целом на реализацию проекта «Городская среда» в Северной Осетии было выделено более 140 млн рублей, на эти средства благоустраиваются места общего пользования и дворовые территории во Владикавказе и районах республики. Кроме того, будет благоустроена и часть набережной реки Терек возле гостиницы «Владикавказ».

Как отметил Тимур Ортабаев, реализация проекта «Городская среда» продолжится, по предварительной информации финансирование на следующий год останется на прежнем уровне. Это позволит благоустроить еще не один десяток дворов и мест общего пользования.

Пресс-служба СОРО партии «Единая Россия»

Общество

К 100-летию со дня рождения Билара Кабалоева

В 1982 году Гененральное консульство в Эрдэнэте считалось очень сильным, все сотрудники были лидерами по натуре, о чем говорит дальнейшая судьба каждого из них: консул-секретарь парткома Валерий Румянцев дошел до поста замминистра правительства Московской области; атташе-секретарь комитета ВЛКСМ В.Чиндаскин – ныне в чине вице-премьера Мордовии; третий секретарь консульства Сергей Нечаев – посол в Австралии, а с недавнего времени – начальник Департамента в МИДе РФ.

Удачно сложилась и карьера вице-консула Н.В. Шулепова – ветерана Великой Отечественной войны и «грозы» всех наших нерадивых военных в Монголии в те годы.

На территории консульского округа находилось до 25 тысяч советских граждан. И это всего на три дипломата, командированных МИДом. Мне, как секретарю Генконсульства, приходилось принимать в день до 40 советских и 10–15 монгольских граждан, и рабочий день редко заканчивался до 11 вечера.

В 1982 году консульство было преобразовано в Генеральное консульство и все ждали, кого нам пришлет Москва? В те времена и фигура консула была куда более значительна, и накопившиеся проблемы в советских организациях были столь серьезны, что только весьма опытный, авторитетный и мудрый руководитель смог бы взяться за решение этих дел. Поэтому для сотрудников Генконсульства стало вполне объяснимым и понятным назначение на должность генерального консула первого секретаря Северо-Осетинского обкома, или, проще говоря, руководителя автономной республики. В этой должности Б. Кабалоев к тому времени проработал более 20 лет, что было достаточно редким явлением в СССР. Он хорошо знал об этой стране из рассказов своего друга генерала армии И. Плиева, воевавшего здесь в 1945 году против самураев.

Поначалу наши соотечественники воспринимали 65-летнего генконсула как ссыльного, который никаких новых шагов делать не будет, а возьмет за кредо тихо, спокойно доработать до пенсии. Кабалоев первые дни много ходил пешком по городу, изучал обстановку, а потом собрал нас и попросил совета по ряду вопросов. Со мной, как единственным монголистом, он иногда общался по 2–3 часа на дню, просил подобрать все, что можно было прочитать на русском языке из монгольской литературы и заставлял всех, в том числе и техсостав, ежедневно заслушивать 30-минутные обзоры монгольской прессы, которые я готовил.

Из проблем, касавшихся жителей города, болезненными и спекулятивными были две: доступ в советские магазины для монгольских граждан и возможность обучения монгольских детей в советских школах вызывало сильное раздражение. Кабалоев встретился с городскими властями и решил проблемы. Благодаря генконсулу изменилось отношение к постоянно проживающим советским гражданам, или, как их часто называют, «местным русским». Я должен был подготовить информацию о их благосостоянии, образовательном уровне и т.п. Выяснилась интересная деталь: образовательный уровень эрдэнэтских «местных русских» был намного выше среднего уровня командированных специалистов, а зарплата – в 2–3 раза меньше. По мере возможности, мы старались помогать соотечественникам, но надо сказать, им больше было приятно чисто человеческое участие генконсула, нежели те или иные материальные блага.

Большую часть времени сотрудников Генконсульства занимали проблемы, командированных советских специалистов, для них мы были и «горсоветом», и «горкомом», и «правоохранительными органами».

В те времена существовал порядок, согласно которому семьи советских специалистов из республик Кавказа должны были оставлять хотя бы одного ребенка на родине, а выезжать в командировку неполными семьями. Видимо, таким образом хотели пресечь попытки людей сбежать или остаться семьями за границей. Но куда бежать из Монголии?! Но инструкция есть инструкция, и до приезда Кабалоева консульство как-то не задумывалось над этой темой. А семьи страдали. С приездом генконсула мы просто стали вписывать в паспорта родителей всех детей и они во время первого отпуска привозили их в Эрдэнэт. Вроде мелочь, но сотням семей мы помогали восстановить душевное спокойствие.

В те годы среди советских организаций чуть ли ни самыми влиятельными считались ОСБО – отделы снабжения и бытового обеспечения. В Эрдэнэте ОСБО возглавлял неплохой и разумный человек по фамилии Шуляр. Но все его – и монголы, и советские – называли Шулер. По рейтингу этой организации консульством был нанесен серьезный удар, на прием в честь годовщины Октября было принято решение, что «Шулеру место не в президиуме, а на кухне». Так часто зарывавшаяся организация была поставлена на подобающее ей место.

К нашим военным со стороны Центра отношение было зачастую плевое. Даже был такой пример: у прапорщика, привозившего из СССР новобранцев в советском ОВИРе была сделана запись: «Прапорщик плюс сто человек». То есть, живых людей просто считали и отправляли по головам без имен.

Возникали у нас время от времени проблемы с советскими специалистами на монголо-советской границе. Разобраться, кто прав или виноват – советские пограничники или специалисты, – было почти невозможно. Генконсул предложил мне поехать в Наушки как частному лицу и посмотреть на все своими глазами. О моей этой миссии, кроме него, никто не знал. Несколько дней потолкавшись на станции Наушки, получил более-менее ясную картину, знание которой помогло всем нам добиться пристойного отъезда специалистов на родину. Ведь не секрет, что многие напивались так, что по дороге до Москвы теряли все, что могли. И пограничники в той нашей державе с уважением и пониманием отнеслись к нашим требованиям, причем договорились жить дружно. Нескромно замечу, что после этого всякий мой проезд на машине через КПП Алтанбулаг–Кяхта напоминал какие-то ролики из фильма, несколько раз пропустили вообще без предъявления паспорта, не говоря уж о других формальностях. Генконсульство и генконсул сумели заставить себя уважать. Чего ж тут плохого?

Интересный случай произошел во время посещения тогдашним руководителем МНР Ю. Цэдэнбалом Эрдэнэта. Готовились все долго и основательно. Тем более что с Цэдэнбалом приезжал зампредседателя Совета Министров СССР З.Нуриев.

Генеральный директор ГОК «Эрдэнэт» Р. Семигин с большим достоинством и знанием дела рассказал гостям о предприятии, Цэдэнбал и Нуриев были весьма довольны. Монгольский руководитель тем не менее поспешил перейти от официальной части визита к неофициальной, и подвигли его на это воспоминания о генерале Плиеве, личном друге самого Цэдэнбала и, естественно, Кабалоева. Мне же по поручению генконсула досталась тогда обязанность, от которой все открещивались сопровождать супругу Ю. Цэдэнбала Анастасию Ивановну Филатову. Слава о ее действиях шла не совсем добрая, утверждали, что может запросто откомандировать из Монголии любого специалиста. В те дни она была несколько задумчива, что-то, по-видимому, ее угнетало. Первый раз она заговорила со мной во время посещения Эрдэнэтской ковровой фабрики: «Сколько здесь всего работающих?» – «1 100 человек», – ответил я. «А сколько имеют квартиры, знаете?» – «34 человека». «Всего 34?»

Тут на Анастасию Ивановну сразу что-то нашло, она потребовала отвести ее к Цэдэнбалу и Нуриеву, которые оживленно что-то обсуждали. Филатова сразу взяла государственных мужей в оборот: «Что это такое! О людях не заботитесь! Строите жилье, девочки с ковровой в вагончиках живут!» Ю. Цэдэнбал попробовал было отмахнуться, но Филатову поддержал Нуриев, и – о сказачные времена! – в этот же день было принято решение о строительстве пятого микрорайона Эрдэнэта. Так что, роль Филатовой была не совсем такой уж однозначной.

Билар Емазаевич же обратил внимание, воспользовавшись ситуацией, на необходимость строительства в городе ТЭЦ. Странно, что никому раньше это не приходило в голову, а сейчас без этой ТЭЦ и города, и комбината точно не было бы.

Цэдэнбал тут же заявил: «Вы, советские люди, больше о нас заботитесь, чем мы сами!»

Юрий КРУЧКИН, председатель

Президиума Академии Восточной Азии

Город в лицах

С ним – в разведку!

Военный разведчик – одна из самых уважаемых армейских специальностей. Причем вне зависимости от конкретной специализации: рядовой солдат, уходящий в тыл противника за «языком», вызывает не меньше восхищения, чем полковник, работающий под прикрытием в далекой стране. На минувшей неделе разведчики отметили профессиональный праздник. По такому случаю очередным гостем редакции стал заместитель начальника разведки 58-й армии Южного военного округа полковник Николай Кузнецов.

– Авторитет и уважение к товарищам, командирам останутся со мной на всю жизнь. На их примере я рос, становился как профессионал, – говорит Николай Кузнецов. На протяжении всей беседы офицер не раз подчеркивал, что для военнослужащего важно, чтобы старшие наставники были достойным примером, и искренне благодарил тех, кто напутствовал его по жизни. Николай Александрович бережно относится к памяти о родных, прошедших Великую Отечественную войну, о сослуживцах, не вернувшихся с полей сражений локальных военных конфликтов.

При общении с полковником Кузнецовым ловишь себя на мысли, что сегодня уже он  – достойный пример для молодого поколения. Невольно проникаешься к нему уважением за то, что он настоящий. Настоящий офицер, не создающий себе образ из ничего, а добросовестно делающий свое дело. Настоящий человек  – открытый, порядочный, честный. Без преувеличения можно сказать, что на таких офицерах держится Российская армия.

Родился и вырос Николай Кузнецов во Владикавказе. В 1991 году поступил в Орджоникидзевское высшее общевойсковое командное дважды Краснознаменное училище имени Маршала Советского Союза А.И. Еременко. В 1993-м весь состав роты был переведен в Новосибирск, где он уже в 1995-м окончил Новосибирское высшее общевойсковое командное училище. В ноябре того же года попал служить в отдельный разведывательный батальон Владикавказской мотострелковой дивизии. «В этом славном «организме» прошло мое становление. Служил от командира разведывательно-десантного взвода до командира разведывательно-десантной роты. Затем была служба в подразделениях радиоэлектронной разведки. Но снова вернулся в родной батальон на должность заместителя командира разведывательного батальона. Проходил службу до момента поступления в академию в 2004 году», – рассказывает полковник Кузнецов.

Узнавая факты биографии офицера разведки, остается только удивляться и восхищаться  – практически с 17 лет он принимал участие в многочисленных локальных вооруженных внутренних и внешних конфликтах. 1992, 1996, 1998, 1999, 2004, 2008, 2014 годы  – не раз и не два разведчик смотрел смерти в глаза. Награжден орденом Мужества (1997), медалью «За отвагу» (2002), медалью Жукова (2008), медалью ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени (2015).

– Глядя в мое личное дело, некоторые командиры удивлялись. Мне было 17 лет, и мои первые годы учебы в общевойсковом командном училище пришлись на ингушско-осетинский конфликт в 1992–1993 гг. С этого и началась непосредственно моя военная биография. Страх?.. Он бывает всегда. Но страх помогает выживать, потому что это инстинкт самосохранения. Тогда, в 17 лет, когда я впервые принял участие в боевых действиях, очень страшно было. Мы выполняли задачи сначала по охране нашего аэропорта, сидели в линии обороны в окопах, ежедневно наблюдали обстрелы. Наш пост тоже подвергался нападениям. Затем нас направили в с. Тарское, где непосредственно вступили в бой. Что было тяжелее в те годы? Не могу даже сказать… Всегда есть хотелось и спать… Это обычное явление, но с ними тяжелей всего справляться, – признается боевой офицер.  – В 90-е годы, когда я начинал службу, в армию, а особенно в разведку, шли именно по призванию и огромному желанию служить своей Родине. Недаром говорят, разведка – это не должность, а призвание. Многие в разведывательные подразделения шли именно по призванию. Каким должен быть разведчик? В первую очередь необходимо самообладание. Голова должна работать в любой обстановке, причем нужно уметь мыслить не шаблонно, а широко, нетрадиционно, ориентируясь как в обстановке, так и непосредственно при выполнении боевой задачи. Физически крепким обязательно нужно быть, потому что те нагрузки, которые выдерживает разведчик, не каждому под силу. А самое главное – он должен быть честным человеком.

Боевой офицер признается, что обидно и неправильно, когда современная молодежь стремится попасть в элитные подразделения только лишь потому, что «надо», «престижно», «стабильно». «К сожалению, сейчас намечается такая тенденция, что многие люди приходят служить не по призванию. Скажу честно, очень обидно бывает, когда видишь, что некоторые офицеры недобросовестно выполняют свою работу, – говорит полковник Кузнецов и с благодарностью вспоминает своих командиров. – В своей службе я ориентировался на примеры своих непосредственных командиров в батальоне. У нас были очень достойные люди. Батальон возглавлял Герой России полковник Валерий Куковзамечательный человек, хороший командир, многому мог научить. Самое главное – он вел за собой людей, обладал сильными командирскими качествами. Правопреемниками его были тоже достойные людиЕвгений Харламов, Андрей Прибытков. Авторитет их и уважение к ним останутся со мной на всю жизнь.

Обязан упомянуть и своих дедов, участников Великой Отечественной войны, которые всегда были для меня примером. Это в первую очередь Коняев Виктор Михайлович, полный кавалер ордена Славы, славный фронтовой разведчик. Дед всегда был желанным гостем в батальоне, и я просто не имел права быть плохим военнослужащим, во всяком случае, в его глазах. Другой мой дед – Иван Васильевич Мухинбыл летчиком. Служил на Северном флоте в годы ВОВ в прославленной авиационной части, 2-м гвардейском истребительном авиационном полку, который возглавлял дважды Герой Советского Союза Борис Сафонов.

От своих старших я получил хороший жизненный опыт, мудрые наставления, за что очень им благодарен. Сегодня стараюсь и сам быть примером для своих сыновей. Их у меня двое. Старший, Сергей, – курсант 3-го курса военного училища в СанктПетербурге. А младший, Александр, оканчивает в следующем году школу, жаждет попасть в войска специального назначения.

Крепкий тыл для военнослужащегоэто очень важно! Со своей супругой Татьяной я познакомился в батальоне, она была военнослужащей. Я был немного покалечен в чеченской кампании, когда она замуж за меня выходила. 2 августа меня из госпиталя выписали, а 3 августа у нас свадьба состоялась. И с 1996 года она везде со мной. Когда возвращаешься с выполнения боевой задачи и слышишь родной голос, ты осознаешь, что дома. Это морально очень стимулирует, потому что у тебя есть цель: ты обязан вернуться ради той, которая тебя ждет».

Диана ВАРЗИЕВА