Искусство

Булат Газданов: «Без музыки, которая является верхней ступенью творчества, невозможно развитие искусства в целом»

Вот касаются пальцы клавиш гармони, и льется мелодия. Инструмент и человек едины. Какое-то неведомое чувство упоения овладевает душой… Сердце замирает… Играет гармонист… Вся жизнь Булата Гаппоевича Газданова посвящена искусству и культуре, любви к музыке. Невозможно не быть очарованным, нельзя не восхищаться его интересной и яркой судьбой, это человек – энергия, сила и мощь. Статный, подтянутый, харизматичный, с открытой улыбкой и искрящимися глазами. Он верит: гармонь будет звучать, пока живы и здоровы люди, которые любят, ценят и бережно относятся к традициям своих дедов и прадедов, пока поет их душа.

– Гармонь в России – как соловей, и только у нас есть такая птичка, – сказала как-то известный композитор Александра Пахмутова. И действительно, если переделать данное высказывание, то нет на земле более певучей, заливистей инструмента, чем осетинская гармошка. Нет такого огромного количества народных песен, где просматривается история всей жизни народа. Существуют самобытные фольклорные коллективы, которые в своих песнях воспевают красоту родных мест, отмечают качества человека, раскрывают его духовный мир, чувства и переживания под осетинскую гармонь. И там, где сегодня хранят традиции предков, без пения и плясок под гармонь не обходится ни одно радостное событие.

– В Осетии знают его в лицо: ни одна музыкальная передача местного телевидения, ни один праздничный концерт не проходят без его участия. И стар и млад любят слушать, когда он играет на осетинской гармошке. И называют его по-домашнему ласково – Булик. Даже те, кто не знаком с ним лично.

Одни почитатели восхищаются «золотыми руками» Булата, другие выделяют в его игре «поющую душу» и с особым пристрастием отмечают «особенность» и «неповторимость» звуков его гармони и готовы узнать их даже «среди всех одновременно звучащих гармошек Осетии»… Газдановские поклонники единодушны в мнении о том, что «…он во всем осетин», «…играет по-осетински», «…мелодии и игра у него всегда осетинские. Осетинская гармошка в газдановских руках звучит как маленький слаженный оркестр. Каждый звук обладает своей неповторимой окраской и удивительной особенностью, – писала о нем Жанна Плиева.

Бесспорно, звуки у газдановской гармошки особенные. Национальный аромат пронизывает все творчество, его песни и музыку, написанную ко многим спектаклям Осетинского театра, исполняемые им старинные осетинские народные наигрыши и напевы. Творчество Булата Газданова неиссякаемо богато, одухотворено глубоким внутренним лиризмом, щедро подпитано чертами и особенностями народной ментальности. В этом заключается одна из сильных сторон его таланта, благодаря которой он является композитором, ни на кого непохожим.

Уже более сорока лет Булат Газданов возглавляет оркестр народных инструментов Государственной телерадиокомпании «Алания» в качестве главного дирижера. Наряду с этим он активно занимается концертной деятельностью, широко известен в республике как талантливый гармонист. Его знают и любят. Гордятся его светлым неповторимым талантом.

Булат был самый младший в семье. Он родился, когда семья уже успела стать многочисленной. Из всех детей Газдановых только старшая дочь Эмма, которая очень рано ушла из жизни, умела играть на гармошке. Играла подолгу и с удовольствием, искусно воспроизводя множество народных мелодий, которые узнала от бабушки. Как только девочка брала в руки гармошку и начинала перебирать клавиши, Булат, которому в то время было три года, тут же бросался к своей скамеечке, торопливо тащил ее к сестре, садился перед ней и уже до победного конца не спускал с нее своих больших, захмелевших от радости глаз. Он часами завороженно смотрел на сестру, полностью отрешившись от игр и даже не помышляя включиться в веселую, озорную беготню сверстников. Трехлетний малыш с недетской серьезностью слушал и слушал, как играла сестра.

Тогда же Булат впервые в жизни взял гармошку. Он сел на ступеньки и тут же неожиданно для самого себя заиграл… Заиграл приблудную русскую мелодию, ту самую, которую много и много раз слышал от своего отца. Эту же мелодию ребенок частенько слышал и от людей, которые лихо распевали ее на улицах Ольгинского.

Надо сказать, что в те времена в Осетии, и в частности в Ольгинском, очень многие хорошо знали русские и украинские песни, которые были завезены сюда русскими и украинскими переселенцами.

Старшие остерегались давать малышу гармошку: боялись, что ребенок не удержит такую тяжесть, уронит и разобьет. Но малыш не переставал тянуться к ней, все порывался приложиться ручонками. На отказ старших отвечал ревом. Ревел от души, в голос, навзрыд. Крупные слезы заливали его лицо, и никто не мог его успокоить. Тогда соседские девочки, обожавшие малыша и любившие нянчиться с ним, забирали его к себе домой и позволяли ему играть на своей гармошке. Он любил этот замечательный инструмент самозабвенно, и его любовь не была безответной: в руках мальчика гармонь становилась удивительно покладистой и покорной, словно она нашла наконец своего хозяина и никак не нарадуется ему. Своего рода «музыкальной школой» для Булата, где он «совершенствовал» свое исполнительское «мастерство», были сельские свадьбы и незатейливые концерты, которые устраивались в сельском клубе в тяжелые годы Великой Отечественной войны. В то время жители Ольгинского жили более чем скромно: нужда, голод, холод, «похоронки», плач матерей и вдов. И тем не менее люди старались не падать духом: в селе устраивались небольшие праздники, отмечались торжественные события, игрались свадьбы. И все эти мероприятия не обходились без Булата: односельчане быстро признали его талант гармониста. На очередную свадьбу мальчика могли забрать даже ночью, в полусонном состоянии. Подчас – на другой конец села. И мать безропотно отпускала ребенка. Не отпустить значило бы обидеть соседей, родственников. А если обидеть, то как же жить среди них дальше? И мальчика, который уже клевал носом, увозили на бричке, если добираться пешком было далековато. Добравшись до места, его, успевшего замерзнуть в дороге, если дело было к зиме, сначала отогревали на печке, а затем усаживали на специально приготовленный для него в центре комнаты маленький стульчик и клали ему на угловатые коленки тяжелую гармошку. И мальчик без устали играл всегда столько, сколько требовалось.

Осетинский профессиональный театр, который носит сегодня имя знаменитого Владимира Тхапсаева, тогда уже переживал эпоху расцвета. Булат Газданов знал всех актеров поименно, любил каждого из них, но всего более благоговел перед талантом Серафимы Икаевой, Тамары Кариаевой, Варвары Каргиновой, Владимира Тхапсаева, Петра Цирихова, Владимира Баллаева, Юрия Мерденова, Александра Царукаева. Когда ему доводилось встречаться с Симой Икаевой, он почти лишался дара речи: восторженному подростку трудно было свыкнуться с тем, что вот так близко, глаза в глаза можно видеть перед собой своего кумира, говорить с ним. В каждый свой приезд в Ольгинское актриса всегда посылала за Булатом. Тот очень гордился этим и подолгу играл специально для нее. Сима Икаева давала ему полезные советы и наставления, которые всегда заканчивались так: «Ты старайся играть так, словно разговариваешь с кем-то… Каждый твой звук на гармошке – это как бы говоришь ты сам… Никогда не забывай о том, что гармошка – это ты сам. Не она издает звуки, а ты сам говоришь…»

С огромнейшим интересом подросток слушал актрису, ловил каждое ее слово, испытывая при этом чувство особой гордости: с ним ведь говорила великая актриса, она учила его, подсказывала, раскрывала секреты своего мастерства. Слушая ее, он все больше и сильнее отдавался своей мечте – стать артистом.

Окончив семилетнюю школу в Ольгинском в 1952 году, Булат приехал во Владикавказ и поступил в Республиканское музыкальное училище, которое сегодня носит имя прославленного дирижера Валерия Гергиева. Он начал учиться на трех отделениях одновременно: дирижерско-хоровом, домры и гобоя. В училище ему нравилось, учеба шла успешно. Булат много читал, посещал спектакли всех владикавказских театров, но предпочтение все же отдавал Осетинскому театру.

Булату посчастливилось учиться у преподавателей, добрые чувства к которым он сохранил на всю жизнь. Среди них – Леон Семенович Давыдов (домра), Рагнеда Львовна Герман и Валентина Михайловна Осменникова (дирижирование), Павел Матвеевич Антонюк (сольфеджио), Нина Андреевна Карницкая (теория и гармония), Зинаида Харитоновна Туаева, Елизавета Сергеевна Зарубина (история музыки), Ирина Михайловна Бурдули (концертмейстер), Владимир Владимирович Горшков (директор училища). Каждый из них оказал большое влияние на формирование личности молодого музыканта, перед каждым из них он благодарно склоняет свою голову сегодня.

После окончания училища в 1957 году Булат поступил в Государственный музыкально-педагогический институт им. Гнесиных в Москве, на отделение народных инструментов. Глубоко осознавая тот факт, что ему выпала счастливейшая возможность учиться у мастеров с мировым именем, Булат взялся за учебу с завидным трудолюбием. Он жадно насел на специальные науки, большое внимание уделял изучению особенностей диатонической и хроматической осетинской гармошки.

Юноша не покидал институт с раннего утра до позднего вечера. Найдя свободную аудиторию, он закрывался в ней и подолгу играл на инструменте, воспроизводя собранные им старинные осетинские наигрыши, открывая для себя секреты гармонии. Большое впечатление производили на Булата все преподаватели института, которые читали лекции по теоретическим и специальным наукам.

В одном общежитии с Булатом, на знаменитой Трифоновке, жили осетинские студенты актерской студии Театрального училища им. Б.В. Щукина. Многие из них стали впоследствии известными мастерами сцены: З. Тхапсаева, М. Икаев, О. Бекузарова, Ф. Каллагов, У. Хурумов, М. Туриев, К. Томаев, М. Цихиев… Жили дружно, в то нелегкое время старались всячески поддерживать друг друга. Особенно он сдружился с Махаром Туриевым, Константином Томаевым и Бабле Дзбоевым. С ними он и уходил на «заработки» – на Рижском вокзале ребята по ночам разгружали товарные вагоны. Но заработанных таким образом денег тоже было недостаточно для того, чтобы выбраться из той нужды, в которой они находились. Учились они тем не менее хорошо, но полуголодная жизнь сделала свое дело: на втором курсе врачи определили у Булата Гаппоевича затемнение легкмих и малокровие. О дальнейшем пребывании в Москве нечего было и думать, и в 1959 году ему пришлось вернуться домой. Своего старшего брата Булат застал тоже больным. Основным кормильцем семьи продолжала оставаться мать. Таким образом, жестокая реальность лишила молодого музыканта надежды продолжить учебу в Москве. Он решил остаться дома, но жившая в нем фанатическая потребность творить оказалась сильнее охватившего его отчаяния: в 1959 году он начал работать в оркестре Радиокомитета, в котором работал до поступления в вуз, и одновременно в Осетинском театре, творческий состав которого в то время состоял из двух трупп: драматической и музыкальной. Поэтому театр назывался тогда музыкально-драматическим. Драматическая труппа ставила драматические спектакли, музыкальная же – оперетты, оперы, балеты и музыкальные комедии. Поскольку обе труппы являли собой единый творческий организм, драматические актеры участвовали в музыкальных постановках, а вокалисты, в свою очередь, принимали активное участие в спектаклях сугубо драматического плана.

Булат был принят в музыкальную труппу в качестве гармониста. В силу творческой необходимости он все чаще и чаще стал появляться в спектаклях с гармошкой в так называемых массовых и народных сценах. Очень скоро он стал не просто узнаваем зрителем, а популярен.

Сегодня Булат Газданов известен в Осетии как непревзойденный гармонист и талантливый композитор. Диапазон его творческой деятельности достаточно широк. Одновременно он занимался исполнительской, концертмейстерской, композиторской, научно-исследовательской и педагогической деятельностью. Знаток и собиратель национального осетинского музыкального фольклора, он является автором учебного пособия «Школа игры на осетинской гармонике для 1–2-х классов музыкальной школы» и «Сборника пьес для осетинской гармоники». Пройденный им многолетний путь был сопряжен с настойчивыми поисками и озарен творческими удачами.

Через многое пришлось пройти замечательному музыканту, чтобы отстоять и провести в жизнь начатое им дело – обучение игре на осетинской гармошке по нотам. Ему потребовались годы упорного профессионального труда, чтобы доказать свою правоту. И он доказал ее своим блестящим искусством гармониста, виртуозно, профессионально владеющим сегодня народным старинным музыкальным инструментом.

Расцвет исполнительского таланта Булата Газданова приходится на конец 1950-х годов. Он связан с его активным сотрудничеством с государственным ансамблем песни и танца, именуемым сегодня «Алан».

Этот прославленный коллектив много ездил тогда с гастролями по всей нашей стране и по странам мира. В концертных программах его принимал участие и Булат с сольным исполнением народных наигрышей и мелодий на осетинской гармошке, которые уже тогда были обработаны им, обогащены гармонически и записаны на нотный стан. Гастроли за гастролями – и вскоре о Газданове заговорили как о самобытном, ни на кого не похожем гармонисте. Его игру стали отличать от исполнительской манеры известных в республике музыкантов. К нему пришли успех и популярность. К этому стоит прибавить еще освоение им к тому времени множества народных песенных и танцевальных наигрышей и мелодий. Ему удалось глубоко и проникновенно изучить их композиционный, ладовый и музыкальный строй, природу их особенностей, историю возникновения. Известная народная мелодия в его исполнении начинает звучать как небольшой музыкальный рассказ, как самостоятельная музыкальная картинка, обладающая своим мини-сюжетом. Эта особенность в исполнительском искусстве Газданова была замечена профессионалами еще в 1968 году в его сольной программе, с которой он блестяще выступил на Девятом Всемирном фестивале молодежи и студентов, состоявшемся в Болгарии, в Софии. Он вернулся оттуда с золотой медалью.

Булат Газданов выступал не только во всех уголках нашей республики, но и за ее пределами, во многих городах бывшего Советского Союза и во многих странах мира. Во всех его гастрольных поездках с ним всегда была осетинская гармошка. Как знать, сколько десятилетий бы еще осетинская гармошка находилась на положении инструмента с утилитарно-бытовым назначением, не будь Булата Газданова.

Газдановскую преданность осетинской гармошке поддержали многие осетинские композиторы. И первым из них был известный осетинский композитор Христофор Плиев. Это случилось в 1956 году. Христофор Плиев зашел как-то в Дом радио с клавиром своей оперетты «Песня Софьи» (либретто Г. Хугаева и Р. Хубецовой), чтобы переложить его на оркестровое звучание. Он ушел, позабыв ноты на фортепиано. Случайно подойдя к инструменту, Булат открыл клавир, стал машинально пролистывать его, а затем, взяв гармошку, принялся играть. Вернувшись за забытыми нотами, Христофор Плиев заслушался. Он то и дело сопровождал свой восторг громкими комплиментами и добрыми эмоциональными восклицаниями. Встреча закончилась тем, что в тот же день композитор ввел в свой клавир партию гармошки. Она и зазвучала потом в спектакле на фоне оркестра, со своей партией, специально написанной для нее.

Такова история о том, как осетинская гармошка первый раз зазвучала с оркестром в театре, имея свое «соло». Прежде все оперетты и музыкальные спектакли ставились в Осетинском театре только под оркестровое сопровождение. Участие же гармошки в спектакле, да к тому же соло, было делом неслыханным! Поэтому реализованную задумку Х. Плиева все справедливо восприняли как интересное новшество. Оно не прошло мимо внимания как музыковедов, так и зрителей. Охваченные любопытством, многие во время антракта подходили к оркестровой яме, чтобы узнать, кто же играет на гармошке. Увидев среди оркестрантов Газданова, благодарили его с чувством искреннего восхищения.

После плиевской оперетты последовали и другие спектакли, в которых задумки композиторов находили уже более смелое воплощение: в них музыкальное оформление было составлено исключительно из одной гармошки. Ее партию вел сам Газданов. Наиболее интересными из них были «Мухтар» Д. Темиряева и «Братья» Х. Цопанова.

С годами, когда Газданов занялся уже и композиторской деятельностью, он и сам стал писать к спектаклям музыку с непосредственным участием гармошки. Она солировала в них, а сам он был исполнителем. Из тех спектаклей, в которых Газданов был композитором и исполнителем одновременно, можно выделить такие: «Упрямец» М. Цаликова, «Пересол вызывает жажду» А. Макеева, «Орлиная гора» Д. Темиряева, «Упрямые пастухи» Н. Саламова.

Как бы приняв эстафету от Христофора Плиева, другие известные осетинские композиторы специально для Газданова написали и посвятили ему свои произведения. Дудар Хаханов – Концерт для гармошки с симфоническим оркестром, а Феликс Алборов – Концертную пьесу для гармошки, органа и симфонического оркестра. Первое исполнение последнего сочинения состоялось в Тбилисской консерватории и прошло с огромным успехом. Тот факт, что три прославленных композитора написали специально для Булата Газданова симфонические произведения сложной формы, в которых солирующую роль отвели гармошке, весьма знаменателен и чрезвычайно важен. Тем самым они признали, поддержали и как бы узаконили сделанное Газдановым в отношении осетинской гармошки.

Газданов одним из первых показал всему миру осетинскую гармошку, продемонстрировал все богатство ее звуков, познакомил народы разных стран с древним осетинским музыкальным фольклором и старинными мелодиями, в которые вложил свою чуткую музыкальную душу. Благодаря Булату Гаппоевичу многие произведения из музыкального фонда Северной Осетии обрели вторую жизнь.

Как мы знаем, народному артисту России и Северной Осетии, заслуженному деятелю искусств Южной Осетии, выдающемуся деятелю культуры РСО-А, лауреату Государственной премии им. К.Л. Хетагурова и премии «Яблоко нартов» Булату Газданову было присвоено звание «Герой труда Осетии». Это название было учреждено по инициативе Главы республики для того, чтобы отметить людей, которые внесли значимый вклад в развитие республики. Первым, кто удостоился этой почетной награды, стал Булат Газданов в свое 82-летие. Заслуженную награду он получил из рук Вячеслава Битарова. Однако для него самая главная награда – признание народа. Это звание в большей степени будет служить воспитательным моментом для подрастающего поколения, чтобы оно знало, что есть все возможности развиваться и быть достойным примером для тех, кто будет идти за ним. Как это сделал в свое время и делает по настоящий день Булат Гаппоевич.

– К сожалению, сегодня мы стали забывать наше осетинское музыкальное творчество. А без музыки, которая является верхней ступенью творчества, невозможно развитие искусства в целом. Хочется, чтобы мы помнили свои истоки и не забывали осетинскую культуру, – говорит Булат Гаппоевич. Но все равно он полон сил и энтузиазма. Надеется на то, что поддержат и помогут любимому коллективу оркестра. Он строит планы и воплощает их, возрождая музыкальную культуру Осетии.

Подготовила

Марина КУДУХОВА

 


Похожие записи:

Искусство

«И все-таки она вертится…»

В Центральном доме кино (Москва), в рамках Московского международного кинофестиваля, Ассоциация документального

Искусство

Божий дар

«С самого детства меня звали Наташка-артистка, – вспоминает заслуженная артистка России и Северной Осетии Наталья Елпатова.

Искусство

Жаркое лето «Владикавказских алан»!

Лето-2018 для образцового детско-юношеского муниципального ансамбля танца «Владикавказские аланы» выдалось жарким

Искусство

Кино, излучающее свет

Владикавказский сценарист Ангелина Цаликова-Битарова входила в состав жюри ставропольского кинофестиваля «Светлый Ангел»

Искусство

Возродится ли кинолетопись Осетии?

В Госфильмофонде в Белых Столбах прошло двухдневное Всероссийское совещание «О принципах организации, размещения и развития производства неигровых фильмов

Искусство

«Да здравствуют музы! Да здравствует разум!»

Минувшие выходные во Владикавказе были богаты событиями в сфере культуры и искусства: в субботу в Осетинском театре

Все новости из категории: